Украина неадекватно реагирует на угрозу из Москвы, нужно искать новых союзников

0














Украина недостаточно эффективно реагирует на угрозы со стороны путинской России, а в Европе будет продолжаться кризис, причем связанный не только с влиянием Москвы.

О ситуации на Ближнем Востоке и в ЕС, будущих происках РФ и том, почему Украине стоит обратить внимание на страны Африки в поиске новых союзников, «Апострофу» рассказали эксперты, подводя международные итоги 2017 года и делая прогнозы на 2018-й.

Илия Куса, аналитик-международник

По ключевым событиям в 2017 году, когда мы говорим про Ближний Восток.

Первое: май, когда произошел кризис вокруг Катара. Это событие можно считать эпохальным среди плеяды других международно-правовых и политических событий, поскольку кризис вокруг этого маленького эмирата внес существенные изменения в баланс сил в регионе и в принципе на Ближнем Востоке. Конфликт, который возник между Саудовской Аравией и Катаром, повлиял на несколько других конфликтов, которые уже существовали на Ближнем Востоке, в частности на войну в Сирии, конфликт в Ираке, кризис вокруг Палестины.

Второе: разгром террористов «Исламского государства» в Ираке и Сирии. В Ираке последний анклав террористов ИГ пал 9 декабря, когда правительственные федеральные войска при поддержке шиитских, суннитских и христианских добровольческих соединений и племенных сил, а также при поддержке американской и авиаций других стран зачистили последние территории, находившиеся под контролем боевиков вдоль границы с Сирией. Это стало завершающим аккордом войны с ИГ, которая длилась с 2014 года. То есть война длилась 4 года. 10 декабря было официально объявлено, что наконец-то война закончена, и Ирак объявил 10 декабря днем победы над терроризмом. Это событие знаменует собой конец так называемого халифата, и Ирак перейдет из стадии перманентной войны в стадию восстановления: как физического (восстановления инфраструктуры), так и социально-психологического. Это будет тяжелейший этап, потому что восстановление всегда сложнее, чем сама война.

Эти и другие проблемы делают невозможным возвращение Ирака к довоенной жизни. И в 2018 году для Ирака встанет два основных вопроса. Первый – за чьи деньги будет восстанавливаться инфраструктура, поскольку сейчас в бюджете страны денег на это нет. И второй – как сделать так, чтобы эти раны заживали постепенно и никто, если фигурально выражаться, «не сыпал на них соль», чтобы не было новых конфликтов и новой войны между курдами и арабами, между езидами и курдами, между христианами-ассирийцами и протурецкими туркменами.

После разгрома крупнейшей антиправительственной группировки – «Исламского государства» – в 2018 году встанет вопрос послевоенного устройства Сирии. В первую очередь, вопрос коснётся формирования новой конституции Сирии. Она должна содержать новые положения, которые бы устроили все стороны, оказавшиеся в лагере победителей. Это очень важно, поскольку Саудовская Аравия, Катар, Кувейт, Эмираты, которые были на стороне антиправительственных сил, окажутся на стороне лузеров. Катар уже, по сути, «слился», Саудовская Аравия также проиграла, Турция пытается прыгнуть в последний вагон уходящего поезда победителей, осуществляя попытки повлиять на региональную ситуацию.

Сейчас, по сути, все в Сирии решается в треугольнике Россия – Иран – Турция. Для этого была созвана конференция в Астане (Казахстан) по международным переговорам по Сирии. В феврале 2018 года в российском Сочи будет проведен так называемый «Конгресс народов Сирии». Именно на нем планируется сформировать первое очертание новой сирийской конституции. 2018-й будет для Сирии годом переговоров, а также годом новой конституции и национального примирения.

 

Александр Хара, директор департамента международных многосторонних отношений Фонда «Майдан иностранных дел», дипломат

Эскалация Россией ситуации в Сирии повлекла приток беженцев в Европу. Это в свою очередь повлекло рост популярности ультраправых партий, ксенофобии и других форм, не очень присущих европейцам. На фоне этого РФ проводила свою скрытую подрывную деятельность, которая поставила европейский проект под сомнение. Сегодня мы видим некую паузу, так как в Германии прошли выборы, но так и не сформировано правительство (разговор состоялся до появления информации о прорыве в переговорах по формированию нового немецкого правительства, — «Апостроф»). Эта ситуация очень ослабляет Европейский Союз. Даже не с экономической точки зрения, а с позиции, куда будет дальше двигаться этот союз, ведь Германия — фактически и есть ЕС. Эта неопределенность негативно влияет на самих европейцев, даже с точки зрения Brexit.

Сейчас сложно проходят переговоры между Лондоном и Брюсселем. Вроде как перешли ко второй фазе переговоров. Первая часть касалась того, сколько Британия должна заплатить за выход из ЕС. Неопределенное видение того, каким в будущем станет Европейский Союз, зависит от того, как его сформулируют, в первую очередь, Берлин и Париж. Это влияет на Украину в том числе. Фактически мы интегрируемся в ту структуру, которой уже нет.

От России ожидать чего-то хорошего не стоит — ни в ближайшее время, ни через пять лет. Эта страна будет оставаться врагом, пока там будут то же правительство, та же идеология, которая есть сегодня. К сожалению, Украина неадекватно реагирует на эту угрозу. Мы уже забыли о стене, которую строили, хотя стена должна быть другой — уменьшение влияния РФ, а точнее ее экономического присутствия. Поскольку коррупция является основным внешнеполитическим инструментом Москвы через разрешение со стороны Путина зарабатывать нашим олигархам на России или российских ресурсах. Он создает лоббистскую структуру, у которой есть ресурсы — в первую очередь, это парламентские партии в Верховной Раде, которые задают курс Украине.

Евгений Ярошенко, эксперт

В 2018 году будут сохраняться определенные факторы турбулентности. Прежде всего — это выборы в Италии в первой половине года. Там три из четырех партий, которые считаются фаворитами, выступают с достаточно сильной евроскептической позицией — если не за выход Италии из ЕС, то, по крайней мере, за выход из еврозоны. И в Италии, которая является третьей экономикой Европейского союза, шок от победы евроскептиков будет намного опаснее, чем Brexit.

Также будут продолжаться переговоры о Brexit. И самый опасный вопрос будет заключаться в том, какой будет граница между Ирландией и Северной Ирландией. Потому что от этого зависит, сохранится ли стабильность в этой части британских островов. Если будет закрытая граница, тогда под вопросом окажется соглашение Страстной пятницы, которое прекратило противостояние в Британии в конце 90-х годов.

Внутри Европейского союза также будут противоречия насчет того, какую политику проводить в отношении России. Стоит ли продолжать политику санкций или стоит попробовать идти на компромиссы и попытаться как-то нормализовать отношения?

Еще один вопрос, который может беспокоить Европейский союз, — это перспективы расширения. В первую очередь это касается Западных Балкан. Поскольку время будет поджимать, а эти страны провели некоторые реформы. Они ждут, когда, наконец, будет дан зеленый свет. Формально большинство стран Западных Балкан считаются кандидатами на вступление в ЕС. Однако из-за усталости Европейского союза от расширения в ближайшее время, по самым скромным подсчетам, до 2025 года, у этих стран нет шансов присоединиться. Это касается даже Албании и Черногории, которые считаются первыми на повестке дня, когда речь идет о расширении.

Александр Мишин, сооснователь Центра исследований Африки

Африка важна для Украины, поскольку там находится 55 государств. Одна из них — Сахарская Арабская Демократическая Республика — имеет ограниченное международное признание, поэтому правильнее говорить о 54-х. Это почти треть голосов в Организации Объединенных Наций. Когда Украина пытается отстаивать свои национальные интересы на международных площадках, в частности в ООН, то нашей стране необходимы голоса для продвижения тех резолюций, которые будут защищать наши интересы.

Как это ни парадоксально, но африканские страны могут дать большое количество голосов для того, чтобы решения, которые необходимы Украине на международном уровне, были одобрены. Например, можно назвать недавнюю резолюцию, которая была связана с вопросом оккупации Крыма, и африканские страны в очень незначительном количестве поддержали этот документ. Это свидетельствует, что у украинской дипломатии есть недоработки. И, наоборот: россияне очень активно работают с африканскими странами.

В Африке есть несколько крупных очагов террористической угрозы. Прежде всего, к ним относится Сомали. Сомали — это государство на востоке Африки, которое является фейл-стейт, то есть государством, которое не состоялось. Хотя в январе 2017 произошло восстановление деятельности американского посольства в Могадишо, что является определенным признаком улучшения ситуации в этой стране. В Сомали действует террористическая организация «Харакат аш-Шабаб», которая ставит целью провозглашение на территории страны исламского халифата и устранение правительства. «Харакат аш-Шабаб» пока контролирует незначительную территорию, но террористические атаки, которые ее представители осуществляют против правительства и сил безопасности, постоянны.

Еще одним регионом, где существенно вырос уровень террористической угрозы, стал Египет, хорошо знакомый украинцам. В Египте ситуация многомерная, поскольку в стране действует широкий спектр террористических организаций. Некоторые из них связаны с движением «Братья-мусульмане». Также на его территории действуют ячейки международных террористических организаций, таких как «Аль-Каида» и «Исламское государство». Преимущественно их деятельность сконцентрирована на территории Синайского полуострова.

Источник

Натисніть на стрілку що б перейти до наступної сторінки